kaganer: (чёрный)
[personal profile] kaganer
Не новое, но крайне полезное.

Оригинал взят у [livejournal.com profile] taiko2 в Автора! (vol.3)
(Продолжение, начало цикла см.: 1, 2, 3)
  
…и вот решил я, значит, продолжить размещение подборки о лжецитатах и искажениях смыслов, в связи с чем сообщаю, что к настоящему времени дополнительно насобиралось у меня следующее:
     

«Пуститься во все тяжкие» В настоящее время используется в значении сбиться с правильного жизненного пути, начать безудержно предаваться кутежам, разврату, мотовству и т.п., проще говоря - «слететь с нарезки».
              В данном случае перед нами искаженная фраза, в оригинале звучавшая как «Пуститься во вся тяжкая». Кажущаяся неказистость исходной фразы на самом деле обманчива. Дело в том, что словом «тяжкая» в старину назывались большие церковные колокола (знаменитый колокол кремлевского Успенского собора весил 4000 пудов, т.е. около 65 тонн). Характер колокольного звона, т.е. когда именно и в какие колокола следовало звонить, определялся «Типиконом» — церковным уставом, в котором выражение «ударять во вся тяжкая» означало: ударять сразу во все колокола (Г. Дьяченко, Полный церк.-слав. словарь, М. 1900, с. 745).
               Впоследствии выражение было переосмыслено и по ассоциации с выражением «тяжкий грех» и стало означать определенную модель поведения человека.
               Вот так выражение, первоначально заимствованное из лексикона профессиональных звонарей, со временем утратило свой первоначальный смысл, приобретя совсем иное значение. 

«Ложь во спасение» Традиционно под этими словами подразумевается ложь вполне допустимая — оправданная тем, что она якобы идет во благо обманываемому и такую ложь, как принято считать, разрешает и благословляет Библия.
                Но эта крылатая фраза обязана своим рождением некорректному использованию библейского текста. В Библии нигде не говорится о «лжи во спасение», то есть лжи, которую можно понять и простить. В старославянском тексте Библии сказано (Ветхий завет, Псалтирь, псалом 32, ст.17): «Ложъ конь во спасенiе, во множестве же силы своея не спасется». Ложъ – в данном случае славянское краткое прилагательное мужского рода (в русском Синодальном переводе оно переведено как «ненадежен»), в связи с чем  перевод этого стиха на современный русский язык будет выглядеть следующим образом: «Ненадежен конь для спасения, не избавит великою силою своею».
                Таким образом, здесь вообще не говорится ни о лжи, ни, тем более, ее оправдании. Речь идет только о том, что в случае опасности спасти человека может не конь, сколь бы могуч он не был, но один только Бог (Пс 32:18-19).
               Только кто из нас, нынешних, говорит сегодня на старославянском? Вот и обтёрлось выражение до богохульственного «ложь во спасение».

«Париж стоит мессы» Согласно устоявшейся традиции эти слова в 1593 г. якобы произнес вождь гугенотов (французских протестантов) Генрих Наваррский (1553— 1610), - будущий король Франции Генрих IV, - тот самый, герой песни «Жил-был Анри Четвертый, он славный был король…», звучавшей в фильме Э.Рязанова «Гусарская баллада».
                Та же самая традиция связывает произнесение этой фразы Генрихом Наваррским с его стремлением получить французский престол, для чего ему пришлось перейти из протестантизма в католичество. 
                Впрочем, этот трюк с переменой веры ранее был проделан королем Генрихом неоднократно – впервые он прибег к нему еще в 1572 году, дабы спасти свою жизнь (не будем забывать о массовой резне гугенотов, устроенной католиками в ночь на 24 августа 1572 года, в канун дня святого Варфоломея), когда же опасность миновала, он вновь перешел в протестантизм (1576 г.), впоследствии, в период с 1580-1589 гг. он совершал подобное вероотступничество еще трижды, к моменту входа в Париж вновь будучи гугенотом.
                Меж тем, несмотря на все метания Генриха Наваррского от протестантизма к католицизму и обратно, нет никаких документальных подтверждений того, что он когда-либо говорил историческую фразу «Париж стоит мессы» (другой распространенный вариант: «Париж стоит обедни»). На самом деле эта, весьма точно характеризующая ситуацию, фраза встречается в анонимном литературном произведении 1622 г. «Les Caquets de l'accouchée» — «Пересуды», в котором её произносит герцог Сюлли в ответ Генриху IV на вопрос, почему он не ходит к мессе так же часто, как король (фрагмент данного текста для читающих по-французски).

«После меня (нас) хоть потоп» (фр. Après nous le déluge — «после нас потоп»), то есть после моей (нашей) смерти погибай хоть весь мир. Предание приписывает эти слова то французскому королю Людовику XV, будто бы сказавшему однажды, что до своей смерти он надеется сохранить во Франции монархию, а «после меня - хоть потоп!», то его приближенным - маркизе Помпадур, виконтессе Дюбарри или регенту Филиппу Орлеанскому.
              Между тем, как и в вышеприведенном примере, никаких документальных доказательств употребления кем-либо из них данной фразы, к настоящему времени также не обнаружено. Уж во всяком случае пальма первенства в ее произнесении (если допустить, что кто-либо из них ее вообще произносил) не принадлежит, - та же мысль задолго до них была выражена старинной греческой поговоркой, которую в латинском переводе часто употреблял Тиберий: Me mortuo terra misceatur igni («после моей смерти [хоть] земля смешается с огнём»).

«Из искры возгорится пламя» Фраза приписывается то Пушкину, то Ленину, меж тем ни тот, ни другой ее автором не является. В привычном нам виде эта строка, ставшая известной благодаря тому, что некогда использовалась в качестве эпиграфа к заголовку ленинской подпольной газеты «Искра» (печаталась за границей в 1900—1903 гг.), принадлежит ссыльному поэту-декабристу Александру Ивановичу Одоевскому (1802— 1839) и заимствована из его стихотворения «Струн вещих пламенные звуки» (1828, опубл. 1857).
              Эти стихи, которые иногда еще называют «Ответом декабристов», были написаны им в ответ на пушкинское стихотворение «Не пропадет ваш скорбный труд...» (так называемое «Послание декабристам»): 

Наш скорбный труд не пропадет:
                Из искры возгорится пламя,
                И просвещенный наш народ
                Сберется под святое знамя! 

Меж тем у этой фразы есть и более древние корни, ибо как справедливо утверждал Экклезиаст, нет ничего нового под солнцем. При этом в изначальной трактовке данная фраза имеет продолжение, благодаря чему меняется и сам ее общий смысл.
               В Книге Премудрости Иисуса, сына Сирахова, читаем: «Если подуешь на искру, она разгорится, а если плюнешь на нее, угаснет: то и другое выходит из уст твоих» (Сир. 28:14).

            «Делу время, потехе час» Традиционно приписывается царю Алексею Михайловичу, прозванному Тишайшим (1629-1676), в настоящее время употребляется в значении, что основное время должно отдаваться делам, а забавам, веселью, отдыху — только краткий досуг. Говорится для побуждения кого-либо заняться делом, работой.
           Между тем изначально данное выражение имело совершенно иной смысл: в написанном в 1656 г. по указу царя Алексея Михайловича своде правил о соколиной охоте, так называемом «Уряднике» («Книга, глаголемая урядник, новое уложение и устроение чина сокольничия пути», т.е. правил соколиной охоты), есть собственноручная «Прилога» (т.е. приписка) царя к предисловию: «Прилог книжный или свой: сия притча душевне и телесне; правдыже и суда и милостивыя любве и ратного строя не забывайте: делу время и потехе час». Последнее изречение считают источником пословицы, ошибочно при этом полагая, что под словом «время» понимается большая часть, а под словом «час» меньшая часть, что неверно. В том же «Уряднике» слово «час» употребляется в значении, в точности соответствующем слову «время»: «Время наряду и час красоте», т.е. слова «время» и «час» в этой пословице выступали как полные синонимы, в связи с чем изначальный смысл данной фразы - «Делу свое время, а развлечениям — свое», или, если угодно – «И делу время и потехе время».
              Благодаря популярности этой книги (соколиная охота была одной из самых любимых «потех» на Руси) и сама пословица приобрела известность в литературном языке.
              К слову сказать, назвать автором данной фразы Алексея Михайловича нельзя, ведь по крайней мере с XVII в. была известна и иная пословица такого типа: «Пению время и молитве час», т.е. данная фраза имеет более древнее происхождение и является народной, а не сочиненной царем.

              «Это один маленький шаг для человека, но гигантский скачок для всего человечества» (англ.: «One small step for a man, one giant leap for mankind») Фраза, произнесенная командиром американского космического корабля «Аполлон-11» Нилом Армстронгом при высадке на лунную поверхность.
              Сам факт произнесения Амстронгом этой фразы не опровергается, тем не менее, следует иметь в виду, что данная фраза не импровизация, а домашняя заготовка, придуманная к тому же отнюдь не вышеуказанным американским астронавтом. Ее автором является английский инженер Гарри Пич (Gary Peach) работавший в то время на австралийской станции слежения NASA. Сама же фраза впервые была произнесена им в 1969 году (для тех, кто читает по-английски, подробности по ссылке). 

«Я не разделяю ваших убеждений, но готов умереть за ваше право их высказывать» (вариант: «Я не согласен с тем, что вы говорите, но буду до последней капли крови защищать ваше право высказать вашу собственную точку зрения») Традиционно и повсеместно приписывается Вольтеру.
               На самом же деле эта фраза впервые упоминается в книге английской писательницы Эвелин Холл (Evelyn Beatrice Hall), писавшей под псевдонимом S.G.Tallentyre. 
               Книга эта, «Друзья Вольтера» (The Friends of Voltaire. London: Smith, Elder), была опубликована лишь в 1906 г. и представляла собою художественную биографию Вольтера. Именно там мы и встречаем придуманную (судя по всему самим автором) апокрифическую историю с этой фразой (Описывается история с сожжением книги Гельвеция «Об уме»). 
               Вскоре эта фраза, что называется, ушла в народ, обретя самостоятельную жизнь - впервые без всяких ссылок на Э.Холл она была приписана Вольтеру в «Ридерс дайджест», в июне 1934 г.
              Писательнице пришлось даже объясняться по этому поводу. Вот ее слова, напечатанные в Saturday Review от 11 мая 1935г., стр. 13: Я не хотела создать впечатление, что это подлинные слова Вольтера и удивилась бы, если бы они были найдены в каком-нибудь из его произведений. Это всего лишь парафраз слов Вольтера из «Очерков о терпимости» - «Думайте и позволяйте другим думать тоже».
              Впоследствии Холл снова вспоминала эту историю, подтвердив, что слова эти принадлежат ей, а не Вольтеру, но было поздно, ведь опровержения всегда запаздывают. И вот в книге Norbert Guterman, A Book of French Quotations with English Translations, New York, Doubleday, 1965 - эти слова не просто приводятся как подлинные слова Вольтера - они уже переведены на французский и снабжены ссылкой на письмо Вольтера к некоему аббату ле Ришу (Le Riche) от 6 февраля 1770 года! 
              Меж тем относиться к данной информации необходимо не просто критически, а сверхкритически, ибо в указанном письме данной фразы нет и в помине.
             Оно и понятно - очень храбрый на словах, но весьма осторожный и трусоватый в жизни, Вольтер как-то ни разу не проявил готовности отдать свою жизнь за что бы то ни было, зато в переписке с тою же Екатериной II попросту людоблюствовал перед последней, постоянно клянча у нее деньги. 

               «На территории СССР экономически оправдано проживание лишь 15 миллионов человек» (вариант: «Целесообразно оставить на просторах России 15 миллионов русских») В народном сознании прочно ассоциируется с Маргарет Тэтчер, которой повсеместно и приписывается. Что удивительно, ссылка на источник этой фразы не приводится никогда. Точнее не так, ссылку приводят, и она, в конце концов, всегда ведет к одному и тому же произведению - известному сочинению Андрея Паршева «Почему Россия не Америка», в предисловии к которой все подробно и разъясняется: 
                 ...в конце 80-х годов я услышал всего одну фразу, которая, пожалуй, привела к перевороту моих представлений об окружающем мире. Тогда я изучал английский язык, и как-то раз мне попалось в звукозаписи какое-то публичное выступление М. Тэтчер по внешней политике. Я уважал и уважаю эту политическую деятельницу, особенно за ее английский язык... Так вот говоря о перспективах СССР, она заявила примерно следующее, никак это не пояснив: "на территории СССР экономически оправдано проживание 15 миллионов человек"...  
              
Ссылки на вышеприведенное высказывание М.Тэтчер  в самой книге тоже нет, аргументы «где-то слышал» и «в каком-то выступлении», смотрятся откровенно жалко, при этом приводит их человек, сам признающийся, что в то время он язык лишь изучал (о том, что и как именно порою переводят, в одной из следующих «серий»). 
              Через год после выхода в свет вышеуказанной книги, Паршев, отвечая на вопросы Татьяны Шишовой, был вынужден изворачиваться, давая следующие пояснения:  
             - На русский язык этот первоисточник никогда не переводился. Хотя разговоры о нем ведутся уже давно. Кто-то упоминает цифру 15 млн., кто-то - 50... А дело вот в чем. Это высказывание достаточно давнее и относится не к России, а к Советскому Союзу, ведь Тэтчер была премьер-министром, когда еще существовал Советский Союз. Это было ее выступление по внешней политике. Я слышал его в звукозаписи. Там прямо не говорилось, что в СССР надо оставить 15 миллионов человек, а говорилось более хитро: дескать, советская экономика совершенно неэффективна, есть лишь небольшая эффективная часть, которая, собственно, и имеет право на существование. И в этой-то эффективной части занято всего 15 миллионов человек нашего населения. Таков смысл высказывания Тэтчер, которое потом интерпретировали по-разному. Но суть в том, что с точки зрения современных политиков, которые не всегда высказываются столь откровенно, как "железная леди", оправдано существование только тех людей, которые заняты в эффективной экономике. И для нас это очень нехороший звоночек, потому что по западным критериям наша экономика неэффективна. 
              
Вот так вот – и не в карты, а в домино, и не миллион, а десять рублей, и не выиграл, а проиграл.
               Итак, подведем итоги: ссылки на точный источник фразы нет и не предвидится, в связи с чем впредь до оглашения оного, полагаю обоснованным утверждать, что автором данной фразы следует признать самого Андрея Петровича Паршева.
               UPD: Данный раздел, а также предыдущие, посвященные разбору ситуации с фразами, приписываемыми Вольтеру и Н.Армстронгу, подготовлены по материалам [livejournal.com profile] valchess, исходные материалы автора см. по ссылкам: 1, 2.


              «В долгосрочной перспективе мы мертвы»
(англ.: «In The Long Run We are All Dead») Фраза Джона Мейнарда Кейнса, - первого барона Кейнса (не путать с его отцом - тоже Джоном, но Невиллом), нередко употребляемая в значении «после нас хоть потоп» (источником фразы зачастую ошибочно называют его opus magnum – «Общую теория занятости, процента и денег»).
              Следует однако учитывать, что Кейнс известен как экономист, в связи с чем данная фраза, грубо вырванная к слову сказать из контекста, была произнесена им применительно именно к данной дисциплине, а не к жизни вообще. 
              Реальным же источником цитаты являтся отнюдь не вышеуказанная «Общая теория занятости...», но более раннее его произведение - «Трактат о денежной реформе», в гл. 3 которого, написанного в разгар Великой Депрессии, фраза выглядит следующим образом: «Длительная перспектива - обманчивый ориентир для текущих дел. В длительной перспективе все мы будем мертвы. Экономисты ставят перед собой слишком легкую, слишком бесполезную задачу, если в сезон бурь они могут лишь сообщить нам, что, когда шторм пройдет, океан успокоится». Проще говоря Кейнс утверждал, что в экономике сезоны бурь - норма, океан конечно успокоится, рынок, быть может, и переварит экономический спад, вопрос в том, - как долго придётся ждать этого счастливого времени?
               С фигурой Кейнса связана и другая фраза, ошибочно приписываемая Ричарду Никсону, - «Мы все теперь кейнсианцы». В действительности же эта фраза принадлежит Милтону Фридману, - столпу неоклассиков, ставшему иконой чикагской экономической школы.
               Как и в случае с фразой «В долгосрочной перспективе мы мертвы», она также вырвана из контекста. В полном виде она выглядит следующим образом: «In one sense, we are all Keynesians now; in another, nobody is any longer a Keynesian». Как весьма часто случается, общераспространенной стала лишь первая часть фразы, вторая же была успешно подзабыта, хотя сам Фридман утверждал, что вторая часть важнее, нежели первая 
               Общая суть его выступления вообще сводилась к тому, что со времён Кейнса прошло три десятка лет, за которые наука продвинулась далеко вперёд, существенно трансформировав взгляды Кейнса по вопросам экономической теории.
               UPD: Данный раздел написан с подачи [livejournal.com profile] rekenavri, исходный материал см. по ссылке, дополнительные источники см. в этой веточке.

From:
Anonymous( )Anonymous This account has disabled anonymous posting.
OpenID( )OpenID You can comment on this post while signed in with an account from many other sites, once you have confirmed your email address. Sign in using OpenID.
User
Account name:
Password:
If you don't have an account you can create one now.
Subject:
HTML doesn't work in the subject.

Message:

 
Notice: This account is set to log the IP addresses of everyone who comments.
Links will be displayed as unclickable URLs to help prevent spam.

Profile

kaganer: (Default)
kaganer

April 2017

S M T W T F S
      1
234 5678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
30      

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 23rd, 2017 12:33 am
Powered by Dreamwidth Studios